НОВАЯ ЛОЛИТА ЭПОХИ #METOO:
КЕЙТ ЭЛИЗАБЕТ РАССЕЛЛ «МОЯ ТЕМНАЯ ВАНЕССА» [18+]
ПЕРЕВОД: Любовь Карцивадзе
ИЗДАТЕЛЬСТВО: Синдбад, 2021
Лолита, свет моей жизни, огонь моих чресел.
Грех мой, душа моя.
В. Набоков
Дебютный роман Расселл нельзя пропустить, ни при каких обстоятельствах. Перед вами – шедевр высочайшего эмоционального накала и искренности. Эта история, такая личная и при этом общая для многих женщин, она надавит вам на старые раны и еще долго не отпустит. Тема сложная и противоречивая, у многих она вызывает негодование и отвращение. Тяга взрослого человека к совсем юной девочке, Лолита 21 века.
В литературном пространстве после «Маленькой жизни» еще не было книги, которая бы так задела общество и вызвала дебаты. О романе говорят все, его читают, его обсуждают, у него даже есть свой плейлист на Spotify, составленный Кейт Элизабет Расселл, и я настоятельно советую вам его послушать. Это наглядный пример того, как чтение на наших глазах меняет формат, становится объемным и интерактивным, позволяя проникнуть в мир переживаний главных героев при помощи музыки.
Очень давно не читала такой мощной книги: страшной, завораживающей, щемящей, отчаянной и тяжелой. Весь роман состоит из двух временных линий жизни главной героини – в настоящем времени и в школьные годы.
В 2000 году Ванесса уезжает в школу, где влюбляется в своего учителя литературы - Джейкоба Стрейна. Ей 15, ему - 42, у них завязываются отношения. И вот 17 лет спустя, уже взрослая Ванесса пытается понять, была ли это любовь или ее попросту растлили, воспользовавшись растерянностью. Как раз в это время набирает обороты движение #MeToo, и одна девушка публикует обвинения в домогательствах, обличая монстра – Стрейна. Ванесса при этом совершенно искренне не считает себя жертвой, и читатель должен сам принять решение, благо все ключики для этого у него есть.
В тексте много литературных отсылок – к великолепному и депрессивному творчеству Дикинсон, Вулф, Плат. И, конечно же, к «Лолите» Набокова: эту книгу дает Стрейн своей ученице, ее Ванесса знает наизусть и с легкостью цитирует. Для нее «Лолита» - история любви, и в этой точке, через призму всем знакомого и выученного культурного кода, читатель начинает видеть серьезную травму героини. Роман Набокова своим пронзительным и поэтичным языком говорит вроде бы о любви, но себя все время приходится одергивать и заставлять вспоминать, о чем же он на самом деле.
Ванесса уверена, что у них со Стрейном были настоящие чувства. Но была ли она единственной или всего лишь одной из его жертв? В жизни взрослой Ванессы много романтизации образа своего абьюзера и его оправданий, недоверия к матери, алкоголя, которым она пытается залить свои страдания, психотерапии, на которой она вообще не говорит о Стрейне. Но в этой жизни нет осознанности и принятия собственной травмы, а это самое важное.
Я начала узнавать новое о себе: если ограничиваться пятью часами сна, можно устать до полного равнодушия к происходящему вокруг; если не есть до самого ужина, то не будешь чувствовать ничего, кроме болезненных спазмов в желудке.
Вроде бы сложно чем-то удивить читателя после Гумберта. В чем тяжесть книги? Да она буквально повсюду. Кроме того, историю мы видим со стороны жертвы, а не обезумевшего от страсти взрослого мужчины.
Тяжесть эта таится в отношениях Ванессы и Стрейна, в ее молчании рядом с родителями, в их беспечности, в бестактном и порой жестоком отношении общества к жертвам насилия. А тяжелее всего, конечно же, пассивно наблюдать, как развиваются патологичные отношения. Как Стрейн, словно змея, обхаживает девочку. Как она поддается, верит, принимает его слова за правду. Ванесса – идеальная жертва, и это сразу заметно: потерянная, закрытая, поссорившаяся с лучшей подругой и страдающая, одинокая, испытывающая острую нехватку родительской любви. Девочке в таком состоянии очень легко внушить все, что захочется, особенно идею ее уникальности и избранности. А любовь учителя, взрослого солидного мужчины делает ее такой в собственных глазах и дарит чувство нужности и причастности.
Абьюз и газлайтинг в романе представлены ненавязчиво, и от этого они становятся отчетливее и невыносимее. Читатель видит, как Стрейн обманывает, как его слова не соответствуют действительности, как он убеждает Ванессу, что ее воспоминания и ощущения в корне не соответствуют действительности. И цикл повторяется снова и снова: он злится, она его оправдывает и убеждает себя, что все нормально. Стрейн внушает девушке, что они не будут делать ничего против ее воли, но это лишь иллюзия – сама Ванесса ничего не контролирует, она лишь слепо идет в эти липкие сети. Так делают все абьюзеры – домашние насильники, социопаты - заставляют тебя верить, будто ты что-то решаешь, что у тебя есть право выбора, но за этим прячется только унижение человеческого достоинства: «ты себе навредишь», «я знаю, как тебе будет лучше».
Даже в возрасте 20-ти лет отношения Ванессы со Стрейном были для нее травмирующими, так и не вышедшими за рамки ролей ученица-учитель. Стрейн тут же потерял к ней интерес, как только увидел, что Ванесса стала взрослой.
Эмоционально сильно показаны отношения девочки-подростка и взрослого мужчины – никакой романтики, никакой острой пикантности: только пугающая реальность. В романе много откровенных и ничем не приукрашенных моментов близости между героями, при этом читатель видит все глазами ребенка. Это придает событиям поистине одиозный масштаб. Читать не очень комфортно, и подаренная Стрейном детская пижама с клубничками – верхушка айсберга.
Основная сила книги – психологизм. Образ Стрейна, обвиненного в последствии в сексуальных домогательствах, хорош. В нем нет однозначного зла, нет и намеков на жалость – все как в жизни. Человек, пытающийся заглушить свою страсть к подросткам, но так и не сумевший, искусный манипулятор, для кого-то - просто животное. Но автор его не судит, это предлагается сделать читателю. Но мне тоже не хочется судить Стрейна. Для меня эта история о последствиях, она о травме и о невозможности ее преодолеть. Никогда. Она о взрослой женщине, желающей лишь быть любимой, но застрявшей в той спальне с клетчатым бельем, ей вечно 15, и ей всегда больно.
Мне бы хотелось, чтобы однажды эту книгу включили в школьную программу, потому что она должна там быть. Без обсуждений, без округлившихся глаз ничего не знающих о жизни стареющих дамочек, грозящихся упасть в обморок при упоминании такой темы. Давайте раз и навсегда признаем – эта проблема есть, и оттого, что она кому-то неприятна, она не исчезнет. Чем больше мы будем о ней говорить, тем больше шансов будет проработать травмы и изжить стыд у тех, кому это действительно нужно.
Что бы вы предложили сделать? Лишить подростка права принимать решения и нести ответственность? Или оставить девочку в компании безнравственного взрослого? Признать себя жертвой – значит сдаться или, наоборот, идти дальше? Что должен делать взрослый, если становится свидетелем абьюза? Спасет ли кого-то возмездие? Расселл разбрасывает эти вопросы, но не дает ответов.
Выносить свои суждения просто, и в однозначной ситуации люди быстро решают, кто прав, а кто виноват. Но автор лишает нас такой радости, безжалостно дробя травму, пережитую девочкой и принуждая нас не к пресловутой жалости, а к напряженной внутренней работе. Отбирая у читателя слезы долгожданного финального катарсиса, Рассел дает нечто большее – возможность увидеть травму во всей ее непристойности и прийти к целенаправленному осознанию огромной проблемы.
Хороших вам книг.
VashaDasha
Комментарии
Выбор читателей
![](/upload/resize_cache/iblock/042/400_267_21a8a532e325b5ffc65c5eb7a708d1626/0428d788795c71a7b9b3aaadee5ce249.jpg)
![](/upload/resize_cache/iblock/50a/400_267_21a8a532e325b5ffc65c5eb7a708d1626/50ab416e0bd05755e3210cf564af42f2.jpg)